Елена Буйневич на суде по делу «Виктории»: о недочётах по «пожарке» я узнала только в ночь трагедии

В деле директора лагеря «Виктория» Петроса Саркисяна Киевский районный суд наконец-то перешел к допросу свидетелей, работающих в Одесском горсовете. Времени на сегодняшнем заседании, правда, хватило только на допрос директора департамента образования и науки Елены Буйневич.

Допрос длился более двух часов, в течение которых прокурор и адвокаты сторон задали директору департамента не один десяток вопросов. Если суммировать сказанное Буйневич, то в юридическом смысле она считает себя и свой департамент абсолютно непричастными к трагедии в «Виктории». В то же время, по её мнению, она несет моральную ответственность за случившееся.

По ее словам, о пожаре в лагере ей сообщила занимавшая на тот момент пост заместителя мэра Одессы Зинаида Цвиринько. Напомним, что именно она выполняла в муниципалитете роль куратора департамента образования и науки. После пожара её медленно и «неуверенно» судят, обвиняя в служебной халатности. Когда в ночь пожара Цвиринько и Буйневич приехали в «Викторию», по словам последней, деревянный корпус №5 уже вовсю пылал, а на территории лагеря был хаос. Петрос Саркисян находился «в прострации» и вскоре его забрала скорая, а его заместитель, Татьяна Ланина, которую вместе с директором судят еще и за присвоение бюджетных средств, никаких организованных действий якобы не предпринимала.
«Честно говоря, то, что я увидела - это был хаос, и Ланина была в этом хаосе. Кто-то из детей был в холле каменного здания, кто-то бегал, искал родителей. Петрос Саркисян был в прострации и организованной работы со стороны Ланиной я не видела», - заявила Буйневич.

Также она заявила, что никаких юридических оснований у худрука танцевального коллектива «Адель» Татьяны Егоровой находиться в лагере не было – департамент туда ее не отправлял. Забытый ею в сети кипятильник, по мнению самого Саркисяна, и стал причиной возникновения пожара. Хотя по результатам комплексной пожарно-технической экспертизы точную причину пожара установить так и не удалось.

Кроме того, Елена Буйневич рассказала, что проблем с нехваткой воспитателей, о которых на одном из прошлых заседаний говорила Татьяна Ланина, не было. Все предложения администрации лагеря в части комплектования штатного расписания департамент якобы выполнил.

На вопрос, почему лагерь не заключил договор на обслуживание противопожарной сигнализации, Елена Буйневич ответила, что «противопожарка» находится вне компетенции ее департамента. Лагери, школы, детские сады проверяет специальный государственный орган, то есть ГСЧС. Ни от них, ни от директора лагеря, по словам Буйневич, департамент не получал соответствующих предписаний или предостережений. Более того, чиновник заявила, что предписание ГСЧС исправить недочеты по «пожарке» она нашла на столе Саркисяна только в ночь пожара. До этого она якобы не знала ни об этом предписании, ни о подобном документе, выписанном спасателями еще в 2016 году.

Также Елена Буйневич заявила, что новые деревянные корпуса лагеря не находились на балансе департамента образования и науки. Она рассказала, что перед реконструкцией лагеря старые деревянные домики сняли с баланса департамента, снесли и построили на их месте новые. При этом, почему строительство назвали реконструкцией, Буйневич ответить не смогла. В итоге новые корпуса, один из которых впоследствии и сгорел, департамент образования на свой баланс от заказавшего строительство управления капитального строительства горсовета так и не принял. Управление, по словам директора департамента образования, не предоставило всех необходимых для этого документов. При этом Буйневич заявила, что подобная ситуация не является препятствием для эксплуатации зданий.

«Тем не менее, стоят дома или не стоят на балансе департамента, каменные они или деревянные, пожарную безопасность мы могли бы контролировать только в случае получения соответствующих обращений от директора лагеря. Саркисян мог заключить договор на обслуживание системы пожарной сигнализации, он должен был это сделать, потому что отвечал за жизнь и здоровье детей», - сказала Буйневич.

При этом она подчеркнула, что до момента пожара у нее никогда не было поводов усомниться в профессионализме Саркисяна. Также, по ее мнению, каждый должен заниматься своим делом и директор лагеря не мог предвидеть последствий невыполнения предписаний пожарных. Использовать деревянные дома, считает Буйневич, Саркисян имел право, поскольку в мае 2017 года была подписана декларация о вводе новых корпусов в эксплуатацию. Вместе с этими домами в летний период лагерь мог принять около 400 детей за смену. Причем директор департамента подчеркнула, что формированием отрядов и расселением детей по корпусам занимается исключительно администрация лагеря.

Тут стоит снова напомнить о показаниях зама Саркисяна Татьяны Ланиной. Ранее она утверждала, что детей поселили в деревянные дома по настоянию их родителей, якобы устроивших скандал. Принять подобное решение, по мнению Ланиной, без согласования с мэрией Саркисян сам не мог.
Что любопытно, по словам Елены Буйневич, уже летом 2016 года в «Виктории» отдыхали по 400 с лишним детей за смену. Адвокат родителей погибших детей Оксана Муравская спросила, как это может быть, если декларацию о вводе в эксплуатацию новых корпусов подписали только в мае 2017 года? Буйневич ответила, что департамент, направляя детей в лагерь, руководствовался письмом Саркисяна о готовности принять соответствующее количество отдыхающих и протоколах испытаний из управления капитального строительства. Этого департаменту якобы было достаточно.

После допроса Елены Буйневич, судья Виктор Чаплицкий перенёс заседание на 15 ноября. На этом заседании должны будут допросить еще пятерых сотрудников горсовета.

+ 0 -
  • 0
  • 49

Добавить комментарий